13.06.2021 / 04:52
Главная/Статьи/Госполитохрана: год 1920-й

Госполитохрана: год 1920-й

12/06/2021 в 23:40
Виртуальная гостиная для родителей приемных детей появится в Чите
12/06/2021 в 22:40
Городской пляж открылся на озере Кенон в Чите
12/06/2021 в 21:40
Сертификат на 180 тыс рублей получил обладатель гран-при фестиваля «Люди и Солнце»
12/06/2021 в 20:40
Забайкальские сенаторы поздравили земляков с Днем России
12/06/2021 в 19:40
Выпускники в Забайкалье cдали ЕГЭ по физике и истории
12/06/2021 в 18:40
Культуру народов Забайкалья показали в «Этнической деревне» (0+)
12/06/2021 в 17:40
Вода из реки Чита смыла заборы и зашла на придомовые территории у СНТ «Автобаза связи»
12/06/2021 в 17:02
Следователи выясняют обстоятельства гибели малолетнего ребенка в Борзе
12/06/2021 в 16:02
На реках Кыра и Борзя погибли мужчина и ребенок
12/06/2021 в 15:22
COVID-19 выявили еще у 87 забайкальцев
12/06/2021 в 14:30
Дамбу в Тунгокочене планируют отремонтировать в 2021 году
12/06/2021 в 13:23
Осипов вручил паспорта граждан РФ 10 юным забайкальцам
12/06/2021 в 13:10
Трое забайкальцев получили награды от президента на площади Ленина в Чите
12/06/2021 в 12:51
Осипов поздравил жителей Забайкалья с Днём России
12/06/2021 в 12:31
Фестиваль «Люди и Солнце» начался на площади Ленина в Чите (0+)
12/06/2021 в 11:30
Канал незаконной миграции пресекла ФСБ в Забайкалье
12/06/2021 в 10:30
Первые лица края поздравили забайкальцев с Днем России
12/06/2021 в 09:30
Поликлиники в Забайкалье будут работать 12 и 14 июня
12/06/2021 в 09:00
В Забайкалье поступило 3600 доз вакцины против COVID-19
11/06/2021 в 23:32
Бомж из Улан-Удэ осужден за убийство женщины в Чите
11/06/2021 в 23:04
Проведение мероприятий ограничили в Забайкалье из-за COVID
11/06/2021 в 22:47
Почти тысяча энергетиков Забайкалья привились от COVID
11/06/2021 в 21:26
Число заболевших COVID-19 в Забайкалье за 2 месяца выросло на 34%
11/06/2021 в 21:12
ФК «Чита» досрочно завершает сезон из-за обнаруженного у игроков COVID
11/06/2021 в 20:23
ФК «Чита» сыграет заключительные матчи турнира 12 и 15 июня
11/06/2021 в 19:12
Предприниматель получил 9 лет колонии за ДТП с автобусом в Забайкалье
11/06/2021 в 18:25
Шилка отметит свое 70-летие 12 июня
11/06/2021 в 17:51
Койки для больных COVID закончились в Чите
11/06/2021 в 17:36
Сухотино очистили от мусора на плановом субботнике 11 июня
11/06/2021 в 17:00
Осипов предложил сократить число массовых мероприятий в Забайкалье
Фото: предоставлено автором

Любое государство должно уметь охранять себя от внешних и внутренних врагов. Именно с этой целью и создаются органы государственной безопасности. И ДВР не была исключением. Однако здесь с самого начала была своя особенность. Созданная в августе 1920 года Госполитохрана (ГПО) была филиалом ВЧК и правительству республики подчинялась весьма формально.

Интересно, что народный фольклор достаточно быстро отметил схожесть структур. Если аббревиатура ЧК обыгрывалась так: «В ЦК цыкают, а в ЧК чикают», то ГПО — «Господи, помилуй».

«Комплексного исследования истории Государственной политической охраны (ГПО) Дальневосточной республики до сих пор не написано, — справедливо отмечает современный исследователь Алексей Тепляков, — причём наиболее основательная работа относится к советскому периоду». Он имел в виду монографию Эльвиры Васильченко «Партийное руководство деятельностью чекистских органов по борьбе с контрреволюцией на Дальнем Востоке. 1920–1922», изданную во Владивостоке в 1984 году, название которой говорит само за себя. Так вот, об истории становления Госполитохраны ДВР в 1920 году известно ещё меньше, а потому информацию об этом времени пришлось собирать буквально по крупицам.

Как в ДВР создавался филиал ВЧК

Поначалу в вопросах борьбы с разведкой белых и иностранными шпионами был полный бардак. В Народно-революционной армии (НРА) этим занимался так называемый Военный контроль, а в гражданской власти — Отдел государственной охраны при Министерстве внутренних дел. Однако в то время, когда японцы стали покидать Забайкалье, а НРА готовить 3-ю Читинскую операцию, и Москве стало ясно, что нужен единый орган госбезопасности.

«В августе 1920 г. была осуществлена реорганизация всех органов госбезопасности в ДВР, и отдел военного контроля перестал существовать, — писал доктор исторических наук, генерал ФСБ Александр Зданович. — На протяжении последующих десяти месяцев контрразведывательная работа осуществлялась только в некоторых учреждениях и воинских частях НРА, дислоцированных в Чите и Верхнеудинске. Секретно-оперативный отдел вновь созданного аппарата Госполитохраны, на который были возложены функции бывшего военного контроля, не располагая необходимым количеством кадров, финансовых средств, а главное, практически не имея связи со штабами и командованием НРА и воинских частей, не мог успешно решать поставленные задачи.

Частые перегруппировки войск, перемещение их из гарнизона в гарнизон, разбросанность подразделений дивизий и бригад по различным населенным пунктам и другие факторы значительно затрудняли деятельность территориальных органов ГПО по обеспечению безопасности Нарревармии».

Присланное из Москвы распоряжение об образовании Госполитохраны было узаконено решением Дальбюро ЦК РКП(б). «По директиве ВЧК РСФСР произошло объединение этих структур в Государственную политическую охрану ДВР, которая подчинялась Представительству ВЧК в Омске, — констатировал в книге «Тревожные будни Забайкальской контрразведки. Говорят архивы спецслужб Забайкальского края» известный краевед, ветеран органов госбезопасности Алексей Владимирович Соловьёв.

Первым директором ГПО был назначен Ротшильд, затем — Косухин, вскоре — В.А. Ронинов. После них директором ГПО стал М.Д. Берман, в 1918 году работавший секретарем ЧК Забайкальской области. Эту чехарду с директорами ГПО устроил их сибирский шеф Иван Павлуновский. Он лично прибыл в августе 1920 года в Верхнеудинск (ныне Улан-Удэ) и передал директивы о создании Госполитохраны в Дальбюро ЦК РКП(б). В них говорилось о том, что ГПО будет подчиняться полномочному представителю ВЧК по Сибири, то есть ему. «Это подчинение ВЧК являлось фактическим, — отмечают в энциклопедической справке о ГПО Алексей Соловьев и Алексей Тепляков, — но нелегальным и осуществлялось через Дальбюро ЦК РКП(б). Все основные вопросы организации и деятельности ГПО находились под контролем партийных комитетов, которые постоянно боролись с ведомственным сепаратизмом сотрудников ГПО».

Видимо, на том же заседании Дальбюро в августе глава правительства ДВР Александр Краснощеков смог добиться, чтобы как минимум раз в две недели Госполитохрана предоставляла ему доклады о положении дел в республике.

«Краснощеков твердил о популярности большевиков в регионе, но доклады Государственной политической охраны — политической полиции ДВР — рисовали куда менее радужную картину, — констатировал современный историк Иван Саблин, знакомившийся с копиями этих докладов в Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ). — Высокие цены и нехватка продовольствия сделали читинское правительство непопулярным среди рабочих и бедняков. Многие из них выступали за немедленное объединение с Советской Россией, которая благодаря большевистской пропаганде представлялась землей обетованной.

В сельской местности даже те немногие, кто поддерживал ДВР, ненавидели коммунистов (хотя официально партия большевиков называлась Российской коммунистической партией (РКП) и господствовала в Советской России, большевиков часто не ассоциировали с коммунизмом… Более того, некоторые крестьяне уверяли, что поддерживают большевиков и выступают против коммунистов…).

Староверы называли их «антихристами» и относились с особенной ненавистью к состоявшим из венгров отрядам НРА по борьбе с дезертирством. Зажиточные горожане тоже поддерживали антибольшевистские и даже монархические лозунги. Коммунистов критиковали за их провальную хозяйственную политику и за реквизиции, зачастую основанные на произволе. Большинство бурят-монголов выступали против ДВР, а многие из них по-прежнему сочувствовали Семёнову, хотя бурят-монгольские политики стояли на просоветских позициях».

В ГПО, кроме главной конторы, что вскоре после переезда в Читу правительства ДВР расположилась там же, было создано пять областных и 11 уездных отделов. Только в Верхнеудинском отделе, к примеру, числилось около 150 сотрудников. Так что аппарат у этой организации был достаточно большой, хотя и малоквалифицированный.

Сибирский шеф ГПО

В отличие от директоров ГПО, которых он менял «как перчатки», на протяжении всего периода существования ДВР и даже несколько лет после этого Иван Иванович Павлуновский оставался незаменимым полномочным представителем ВЧК (а с 1923 года ОГПУ) по Сибири, в подчинении которого находились органы госбезопасности и Дальнего Востока.

предоставлено автором

Это был профессиональный революционер с большим стажем. Родился он в 1888 году в семье мелкого чиновника в селе Нижний Реут Курской губернии. Через какое-то время семья перебралась в Курск, где Иван, которого хорошо дома учили родители, экстерном сдал программу обучения в гимназии. Трудиться он начал далеко не рабочим, а писцом Курской казенной палаты. Но зависть и ненависть к «власть имущим» выпестовал, похоже, именно там. В 1905 году 17-летний писец стал большевиком, участвовал в Первой русской революции, в 1907 году был арестован, но поступили с ним достаточно мягко (позже он, став чекистом, с противниками так никогда не поступал).

Когда в 1911 году его досрочно освободили, Иван Павлуновский уехал в столицу империи. В Петербурге он стал работать письмоводителем (курьером) у адвоката и одновременно вольнослушателем обучаться на юридическом факультете университета. В то время он стал членом фракции так называемых «межрайонцев», которые занимали в социал-демократической партии позицию между меньшевиками и большевиками. Когда началась Первая мировая война, Павлуновского призвали в армию, а через некоторое время как имеющего хорошее образование его отправили в Петергофскую школу прапорщиков. В 1917 году прапорщик Павлуновский поднял своих солдат против власти императора и в марте стал председателем Петергофского Совета солдатских депутатов. В августе красногвардейский отряд, которым он командовал, участвовал в боях с частями генерала Лавра Корнилова. Тогда же вместе с большинством «межрайонцев», среди которых были Троцкий, Урицкий, Луначарский и другие известные партийцы, он вошёл в партию большевиков.

В дни октября 1917 года Иван Павлуновский — член Военно-революционного комитета (ВРК) главного штаба революции в Петрограде. Участвовал в осаде Владимирского юнкерского училища, командовал отрядами, взявшими Гатчину, а потом и ставку Главковерха генерала Духонина. Потом в качестве комиссара отряда балтийских и черноморских моряков сражался на Украине и в Белоруссии.

Вскоре после заключения Брестского мира с немцами его направили на работу в ВЧК, где он быстро выдвинулся на руководящие должности, став одним из заместителей Феликса Дзержинского.

И в начале 1920 года именно его направили наводить порядок в Сибири и на Дальнем Востоке. Причём начинать следовало с органов ВЧК, которые в каждой области, губернии и даже уезде действовали автономно, без всякого подчинения и координации. В марте 1920 года полномочный представитель ВЧК Иван Павлуновский прибыл в Омск, ставший по инерции столицей теперь красной Сибири. Он привёз с собой команду верных лично ему чекистов, включая супругу Мильду Дзелтынь, ставшую не только секретарём полпредства, но и руководителем шифровального отдела. Очень быстро он навёл жесткую дисциплину в органах ВЧК и начал безжалостно проводить политику красного террора. Чуть позже в Сиббюро ЦК РКП(б), членом которого он стал, ему дали следующую характеристику: «В политической обстановке ориентируется легко и быстро. Марксистская подготовка достаточная. Выдержан и устойчив. В отношении парторганов дисциплинирован. Энергичен и настойчив. С точки зрения коммунистической этики безупречен».

«Полпред ВЧК по Сибири И.П. Павлуновский, курировавший ГПО, — отмечал Алексей Тепляков, — направлял туда десятки сотрудников, но ни одним председателем губЧК для укрепления кадров ГПО не пожертвовал. Напротив, в ДВР отправляли тех, кого требовалось по каким-либо причинам удалить с глаз долой». Одни были излишни кровожадными, другие, наоборот, «мягкотелыми», третьи плохо ладили с руководящими партийными органами…

Командир «Золотого эшелона»

Кем был самый первый директор Госполитохраны ДВР, носящий не то редкую фамилию, не то псевдоним «Ротшильд», узнать пока не удалось.

А вторым директором стал молодой, но прославленный в годы гражданской войны чекист Александр Косухин. Когда он стал во главе ГПО, ему было всего 20 лет, но за плечами у него было уже масса заданий и событий.

косухин

Родился он в 1900 году в семье сельских интеллигентов в селе Рыбинские Буды Курганской губернии. Родители самостоятельно обучали его грамоте. А вот братья отца, бывшие членами партии большевиков, помогли ему избрать политический путь. В 15-летнем возрасте Александр стал работать в Харькове разносчиком газет, тогда он резко расширил свой кругозор, а наблюдения за читающей публикой позже помогали играть разные роли в его чекисткой деятельности. Главным же делом было то, что он являлся курьером подпольной типографии. В 1918 году ушёл добровольцем на фронт. Стал разведчиком. Попадал в плен, подвергался пыткам, бежал из-под расстрела. За бои с гайдамаками был награждён почетным оружием.

В 1919 году он был принят в ряды РКП(б) и направлен на службу в ВЧК. В родной Курской губернии он возглавил одну из уездных ЧК. Но пробыл на этом посту недолго. Весной 1919 года Александра отправили на восточный фронт, как было сказано в приказе, «для борьбы со шпионажем, предательством, изменой и контрреволюцией в пределах Туркестанской армии». А потом его перевели в Особый отдел 5-й армии, сражавшейся с частями адмирала Александра Колчака. Вскоре он получил очередное задание — под видом чиновника-беженца был направлен в Иркутск, где, связавшись с большевистским подпольем, сумел организовать несколько диверсий. Когда же Иркутск был освобожден 5-й армией, именно на него возложили крайне сложную задачу — доставить в Казань 20 вагонов с золотом Российской империи, которые белочехи отдали за право беспрепятственного проезда на восток.

22 марта эшелон вышел из Иркутска. Путь, который в мирное время занимает 6-7 суток, занял у них почти полтора месяца. С боями и различными препятствиями они неуклонно двигались к поставленной цели. И 3 мая прибыли в Казань, сохранив всё в целости и сохранности. В 1959 году на экраны страны вышел художественный фильм «Золотой эшелон», в котором было рассказано об этой героической истории. Роль руководителя операции «Андрея Низовцева» (так в фильме назвали Александра Косухина) сыграл Василий Шукшин.

4 июля 1920 года в Москве председатель Совнаркома РСФСР Владимир Ульянов (Ленин) лично поблагодарил молодого чекиста за мужество и честность, проявленные при доставке золотого груза.

И его направили обратно в Иркутск, где он должен был возглавить местное ВЧК, но Иван Павлуновский решил отправить этого идеалиста в ДВР. Там он должен был не только возглавить ГПО, но и стать председателем чрезвычайного военно-полевого суда. В Верхнеудинске Александр Косухин успел сделать немного. Но, думаю, что с его подачи 1 сентября 1920 года структура и штаты ГПО были утверждены президиумом Правительства ДВР. В соответствии с принятым решением в Госполитохране были сформированы общий, активный и контрразведывательный отделы, комендатура и подразделение связи.

Неизвестно, что у Александра Афанасьевича пошло не так. Или просто его шеф Иван Павлуновский решил убрать успешного земляка из свой «вотчины». Неизвестно. Точно лишь то, что этот пост он занимал недолго. Его отправили сначала в Архангельск, а потом на фронт, в состав 9-й Кубанской армии. Всё же он был больше военный разведчик, чем каратель.

Ему на смену пришёл другой.

Практик марксизма из… местных 

По мнению современного историка Николая Кирмеля, директор ГПО «В.А. Ронин» и следующий вроде бы за ним Матвей Давыдович Берман — одно и то же лицо.

Мотя Берман родился в 1898 году в Читинском уезде в достаточно состоятельной еврейской семье. Отец владел кирпичным заводом, который, вероятно, с началом первой мировой войны обанкротился, но у него оставалось ещё несколько магазинов. В 1916 году Матвей окончил Читинское частное коммерческое училище баронессы М.Г. Розен, поработал в магазинах отца и только в мае 1917 года был призван в армию и направлен в 15-й Сибирский стрелковый запасной полк в Красноярск. По прибытии на место стрелок 12-й роты Берман сразу же изъявил «желание быть командированным в военное училище для прохождения курса». 1 июня его зачислили на ускоренный курс Иркутского военного училища. Через четыре месяца прапорщик Матвей Берман был отправлен служить в Томск, в 25-й запасной стрелковый полк. К тому времени он уже был большевиком, в партию вступил в июне того года.

предоставлено автором

Ну, а вскоре началась гражданская война. Большевик-прапорщик вернулся в родную Читу, где весной 1918 года стал работать в ЧК. Незадолго до белочешского мятежа он перебрался на запад. В августе 1918 года Матвея Бермана назначили председателем ЧК в город Глазов Вятской губернии. Тут уже вовсю полыхали крестьянские восстания и было введено чрезвычайное положение. На чекистов была возложена обязанность проведения политики красного террора, то есть они буквально ежедневно расстреливали и реальных врагов, и ни в чём не повинных заложников.

Для 20-летнего юноши это стало серьёзным испытанием. Этот период стал первым «грязным пятном» в его биографии. За беспробудное пьянство, разгул (насилие над женщинами) и превышение власти (в его случае это были неоправданные расстрелы и пытки) его исключили из партии на… месяц. А потом его отправили на фронт, где пришлось сражаться с реальными противниками, став окончательно безжалостным и карающим всех врагов советской власти. В 1920 году чекист Берман успел проявить себя в различных местах Сибири, где жестко подавлял любые выступления против власти большевиков (других тут у власти уже не было).

Почему же Павлуновский именно его направил в ДВР? Может, потому, что он был местным? Нет ответов, есть лишь предположения.

Он, как и его предшественник, начал с усиления своих правовых позиций. И уже 6 ноября 1920 г. постановлением № 7 Временного делового президиума Правительства ДВР было утверждено «Положение о Главном управлении государственной и политической охраны Дальневосточной республики». В Положении указывалось, что директору ГПО ДВР подчинялись все существовавшие учреждения ГПО.

Но сразу изменить ситуацию в этой организации и у Бермана не получилось. Алексей Тепляков привёл данные из доклада начальника Верхнеудинского (Прибайкальского) облотдела ГПО Ю.Н. Каптикова в губбюро РКП(б). В нём говорилось, что работоспособность отделения «стоит на самой низкой ступени». В конце 1920 г. оно имело около 100 сексотов и столько же осведомителей: «Сексоты буквально раздеты, а продорганы, несмотря на требования мои и предыдущих начальников, ничего им не выдают… Среди мужского состава секретных сотрудников замечается склонность к уголовным преступлениям /зарегистрировано 8 случаев/ все же женщины секретные сотрудницы для того чтобы не умереть с голоду и одет[ь]ся вынуждены заниматься проституцией». Население Верхнеудинска и большей части уезда было враждебно к политике РКП(б). Почти все ответпартработники «относятся как-то пренебрежительно и недоверчиво к работе Государственной политической охраны».

Но пробыл тут Берман недолго. Информация о применяемых им и его подчинёнными методах допроса, проще говоря, пытках, просочилась за стены его учреждения. Партийцы стали требовать наказания. И пришлось ему буквально бежать в Иркутск. Там он возглавил Иркутскую губчека, одновременно став начальником особого отдела 5-й армии и Восточно-Сибирского военного округа.

Здесь его стиль работы пришёлся по душе, о чём свидетельствует, в частности, партийная характеристика от 15 июля 1923 года: «Является практиком марксизма. На работе внизу использовать нецелесообразно…»

Дальневосточный кандидат

После скандального фиаско Матвея Бермана либо Дальбюро ЦК РКП(б), либо сам Иван Павлуновский решили, что следующим директором ГПО должен стать человек, знающий особенности ДВР, а не направленный сюда из РСФСР.

Вероятно, тогда на эту должность член Дальбюро Пётр Никифоров и предложил своего бывшего секретаря Бориса Похвалинского, который занял этот пост.

Родился Борис в 1893 году в Нижнем Новгороде. Как, когда и почему оказался во Владивостоке, пока не известно. Известно, что у него было неполное высшее образование и он владел английским языком.

предоставлено автором

Каких политических взглядов он придерживался в 1917-1920 годах, неизвестно. Скорее всего, был левым эсером или меньшевиком-интернационалистом. В 1918 году он был работником Владивостокского совета. Был председателем следственной комиссии этого совета. После падения власти Советов перешёл на нелегальное положение, но в 1919 году был арестован белочехами и с 1 апреля того года до 31 января сидел в тюрьме. Был выпущен после установления во Владивостоке земской власти, но вновь арестован уже японцами в апреле 1920 года. Сидел вместе с Сергеем Лазо, Алексеем Луцким и Всеволодом Сибирцевым, в отличие от которых ему повезло.

Вскоре его вновь освободили. Когда же при земской управе был создан финансово-экономический совет, председателем которого стал большевик Пётр Никифоров, Борис стал секретарём этого совета. В том же 1920 году он вступил в РКП(б). Вместе с Никифоровым переехал сначала в Верхнеудинск, а затем — в Читу, работая в Министерстве иностранных дел ДВР.

15 ноября 1920 года Борис Александрович Похвалинский был назначен на должность директора Госполитохраны ДВР  товарищем (так тогда называли заместителей) министра внутренних дел республики.

И буквально через пару недель, 5 декабря 1920 года, на заседании Дальбюро ЦК РКП(б) министр внутренних дел ДВР Андрей Знаменский представил доклад, который не мог быть подготовлен без Похвалинского, об организационных основах строительства ГПО. Дальбюро одобрило курс на создание органов государственной безопасности с учетом опыта ВЧК РСФСР. Вместе с тем при организации деятельности ГПО было рекомендовано учитывать «буферные» условия и тактически правильно строить свою работу, не нарушая политическую систему республики, основанную на компромиссах и коалиции различных социально-классовых сил.

Однако это не означало участия в строительстве органов безопасности других политических партий, легально действовавших в ДВР, или представителей буржуазии. Установка Дальбюро ЦК РКП(б) была следующей: вся деятельность ГПО будет строиться и проходить под безраздельным и исключительным руководством и контролем парторганизаций РКП(б). Главная задача ГПО — обеспечение безопасности не только ДВР, но и РСФСР.

«Деятельность ГПО была предельно далека от правовых норм, — отмечал историк Алексей Тепляков, — что подтверждал присланный ей циркуляр ВЧК по особым отделам (принят ранее декабря 1920 г.), гласивший: «Если в городе, уезде и деревне замечается вредное в интересах Р.К.П. политическое течение, то нужно его прекратить, но прекратить не за то, что группа людей принадлежит к иному политическому течению, а сделать так, чтобы главарь этой группы и влиятельные ея члены незаметно для широких масс были бы привлечены к судебной ответственности  за уголовное преступление, которое при искусной работе Госполитохраны или Ч.К. можно им создать, но арестовывать их органам борьбы с политическими преступлениями нельзя, нужно возложить это дело на милицию и Уголовный розыск».

Руководствуясь такими установками, Борис Похвалинский не мог не попасть в какую-то скандальную историю, что и произошло в конце того же 1920 года. Одной (но не единственной) из таких стала история обысков в Читинском краеведческом музее, арест помощника директора и самого директора Алексея Кирилловича Кузнецова. И 30 декабря официальная газета «Дальне-Восточная Республика» сообщила: «Директор главного управления госполитохраны Б.А. Похвалинский выехал в служебную командировку в Советскую Россию. Заместителем его остался В.В. Попов».

А уже в январе 1921 года стало известно, что Борис Похвалинский отстранён от руководства ГПО «за нарушение демократических принципов ее деятельности (за допущенные нарушения законности)».

Так что новый 1921 год чекисты ДВР встречали без своего директора, ожидая дальнейших перестроек  и новых установок для борьбы с контрреволюцией и иностранными шпионами.

***

Иван Павлуновский до 1926 года работал в Сибири, но затем его перевели на Кавказ. Здесь в 1927 году у него вышел конфликт с Лаврентием Берией, которому он проиграл. Пришлось уйти из ОГПУ и трудиться в хозяйственных Наркоматах. Арестовали и расстреляли его в 1937 году.

В том же году расстреляли ставшего профессиональным дипломатом Бориса Похвалинского. Матвей Берман стал начальником печально знаменитого ГУЛАГа, которым руководил почти пять лет. Расстреляли его в 1939 году. Только Александр Косухин умер не в тюрьме или лагере, а дома в 1939 году.

Из-за ран, полученных в годы гражданской войны, он ещё в 1920-е годы ушёл на пенсию и умер, не дожив до 40 лет. В последний путь его единственного проводили торжественно и с воинскими почестями в родном Курске, где одна из улиц и сегодня носит его имя.

Александр Баринов.

Поделиться в соц. сетях:
Комментарии
0
Будь в курсе всех главных
новостей первым!
Подпишись на нас в соц.сетях
Актуальные новости
Политика
12/06/2021 в 10:40
Городской пляж открылся на озере Кенон в Чите

Забайкальцев просят воздержаться от купания в непредусмотренных местах

Общество
12/06/2021 в 07:40
Выпускники в Забайкалье cдали ЕГЭ по физике и истории

Результаты участники экзамена узнают не позднее 28 июня

Общество
12/06/2021 в 06:40
Культуру народов Забайкалья показали в «Этнической деревне» (0+)

Комплекс создали благодаря районам края и Ассамблее народов Забайкалья

Происшествия
12/06/2021 в 05:40
Вода из реки Чита смыла заборы и зашла на придомовые территории у СНТ «Автобаза связи»

На месте работает вице-премьер правительства Забайкалья Андрей Гурулев

Происшествия
12/06/2021 в 05:02
Следователи выясняют обстоятельства гибели малолетнего ребенка в Борзе

Проводится судмедэкспертиза

Подписаться на газету