«Зубастые» МиГи Забайкалья

Если смотреть свежие обновления спутниковых карт от Google или Яндекс, доступных совершенно любому пользователю смартфона, то можно увидеть, что на забайкальском аэродроме Домна практически не осталось истребителей МиГ-29.

После того, как несколько лет авиагарнизон был перевооружен на новейшие перехватчики Су-30СМ, двадцать девятые, имеющие очень высокую степень износа, были поставлены на прикол. Что-то порезали на металл, а что-то сохранили для истории в виде памятников. Доподлинно известно, что один МиГ-29 стоит на постаменте, соответственно, в самой Домне, еще один где-то на Ямале.

Если верить картам, на приколе в Домне остается всего два нелетающих МиГа, через какое-то время не будет и их. Значит, окончательно уйдет в прошлое традиция превращать самолеты в произведение искусств, благодаря которой Домна славилась на весь Советский Союз, а базирующиеся здесь истребители-перехватчики все называли зубастыми.

Учим матчасть

Камуфляж самолетов строго регламентировался инструкциями и схемами, каких-либо эмблем не было. Для МиГ-23, поступивших на вооружение в домнинский 120-й истребительный полк, на которых часть принимала участие в войне в Афганистане, например, предписывалось, что размер пятен каждого из цветов не должен превышать одного квадратного метра. Однако реальность, как правило, сильно отличалась от идеала и зависела не только от завода поставщика краски, но и от усердия персонала, декорирующего самолеты. Рассказывают, что голубую краску нередко сливали в емкости из-под черной. Цвет, получавшийся на выходе, трудно было назвать небесным. Всё на свои места расставил Афган, куда домнинские авиаторы прилетели в 1988 году.

Как только мы сели в Кабуле, к самолету подъехал АПА (аэродромный подвижной электроагрегат авт.), на котором был изображен шустрый дракончик с бомбочкой. Эту эмблему мы видели на чирчикских Су-17, не вылезавших из Афгана. Позже на другом АПА встретилась эмблема с лупоглазой совой, тоже с Су-17, но разведчиков. Кроме них на бортах водились летучие мыши, стрижи, сплошь и рядом звездочки за вылеты по пять, восемь, десять в ряд. А тут еще то и дело рулили мимо Су-25 с развеселого вида грачом на носу. Это дело всем нашим сразу понравилось, приводится на сайте авиагарнизона Домна неподписанное воспоминание участника ветерана-афганца.

Забайкальцам тоже захотелось изобразить на своих самолетах что-нибудь персональное и уникальное. На территории Советского Союза в 1980-е годы за это по голове не погладили бы. Но на войне нравы были посвободнее почти демократия. К тому же перед глазами был пример сменившихся летчиков из авиабазы Староконстантинов в Хмельницкой области Украины. Их МиГи-23 уносили в Союз цветастых соколов сразу двух мастей на рыцарском щите и пикирующую птицу с разящей стрелой в когтях. На всех поголовно самолетах красовались и белые звездочки отметки о боевых вылетах (каждая означала десять вылетов). Кое-где их было по 40-50.

Помимо приметных белых звезд, контрастно выделявшихся на темном камуфляже (для МиГ-23 была разработана камуфлирующая окраска, соответствующая горно-пустынной местности Афганистана), на отдельных МиГ-23 можно было наблюдать красные звездочки того же размера значки перехваченных мишеней, сбитых еще на учениях в Союзе, а также контурные белые звезды, означавшие неполный десяток вылетов.

А чем наши хуже?

После этого командир 120-го домнинского авиаполка полковник Владимир Бураков решил нужна своя идейно-патриотическая эмблема, непременно пернатого характера. В части быстренько объявили конкурс на лучшую полковую эмблему. Первый готовый образец представлял собой орла, вооруженного луком со стрелой, изображенного на фоне силуэта озера Байкал и узнаваемого забайкальского колорита сопок на фоне солнца.

Для пробы эмблему нанесли на десять самолетов первой эскадрильи полка. Маленькая авиационная хитрость все рисунки были нанесены на воздухозаборники справа. Считается, что это место наименее подвержено износу. Здесь обшивки не касалась стремянка и ботинки техников, забиравшихся к закабинному отсеку с оборудованием с более доступной левой стороны.

Первый блин, как водится, оказался комом.

Смешение сюжетных линий, похожий на кляксу Байкал и сам орел, больше напоминавший попугая, вызывали в памяти известный опыт Остапа Бендера, из-за чего творца донимали вопросом: Скажи как художник художнику, ты рисовать-то умеешь? Положение исправило вмешательство признанного полкового художника Валерия Максименко, также пишет автор воспоминаний на сайте Домны.

По его свидетельству, было решено остановиться на простой и лаконичной картинке с изображением парящего грифа. Выбор был не случайным. Дело в том, что грифом в Афгане прозвали именно МиГ-23. Своим распластанным крылом самолет напоминал эту величественную птицу. Проблема была в том, что художник, видевший грифа только в детстве в зоопарке, не помнил, как тот выглядит. Помог случай. Соседи-вертолетчики подарили забайкальским истребителям чучело настоящего афганского грифа. Именно с него Максименко быстренько и срисовал нужную картинку парящая птица в три краски на фоне голубого неба.

Их решили нанести на те же самолеты первой эскадрильи. Картинка понравилась, многие приходили сфотографироваться на фоне разукрашенных самолетов. Вскоре снимок группы летчиков 120-го полка у одного из истребителей появился и на первой полосе Красной Звезды. Вдохновленный успехом, творческий коллектив продолжил работу, переключившись на самолеты уже второй эскадрильи.

Жемчужина Забайкалья

На них прежний рисунок был вынесен на правую сторону, а слева за кабиной, в месте, наиболее часто обозреваемом и посещаемом при работе, нанесли эмблемы с другим орлом, надлежащим образом экипированным и оснащенным. Так на пяти МиГах появилась эмблема Жемчужина Забайкалья. Это было настоящее произведение искусства.

На ней одетый в летную коричневую кожанку и защитный шлем ЗШ-5 бывалый гриф с патронной лентой через плечо и ракетой Р-60 в лапах восседал на сетке авиаприцела, в перекрестье которого был загнан пакистанский F-16. Все детали обмундирования и вооружения были исполнены с находящейся тут же натуры, а клюв зловеще прищурившегося грифа украшали белые звездочки.

На оставшиеся пять самолетов нанесли другую эмблему. Она изображала тот же крылатый персонаж, но уже в деле. Атакующий гриф, облаченный в кислородную маску, тащил в когтях по бомбе и стрелял из пушки-двустволки, увлекая за собой полощущийся патронташ и рассыпая стреляные гильзы. Помимо рисунков на бортах появились надписи о приписке самолетов: Шинданд-88 и Баграм-88.

На учебно-боевые самолеты, которых в полку было пять, нанесли эмблему Инструктор. На ней орёл-наставник, засучив рукава, демонстрировал у раскрытой книги приемы воздушного боя.

Новшества коснулись и отметок за вылеты. Помимо общепринятых белых звездочек, вписанных в окружность, МиГ-23 из второй эскадрильи имели и значки о содержании конкретных вылетов белые трафаретные силуэты ракет за вылеты на прикрытие ударных групп и черные бомбы за бомбардировочные задания.

Примечательно, на многих самолетах количество таких отметок зашкаливало за сотню. На носу символы уже не умещались. Их стали накрашивать на левом борту за воздухозаборником. Были случаи, когда ряды нарисованных бомб и ракет уходили далеко под крыло.

Акульи пасти

В январе 1989 года дошло и до воплощения наиболее агрессивных замыслов с акульими пастями, нанесенными на нос самолетов и ставшими на долгие годы основной визитной карточкой домнинских авиаторов. Поскольку такое бесовство на советских самолетах появлялось впервые со времен Великой Отечественной войны, эскиз выбрали наименее зубастый и агрессивный, с ухмылкой и прищуром.

В середине января, когда я попал в дежурное звено, выдался более-менее спокойный денек, да и обстановка там была подходящей ДЗ (дежурное звено авт.) стояло на отшибе и штабное начальство там никогда не появлялось, так что помешать было некому. Мы отгрохали зубы и глаза сразу на пяти самолетах. Народ был в восторге, и возле машин все время толпились любопытные, цитируются на домнинском сайте воспоминания уже самого художника Максименко.

Некоторые авиационные начальники встретили художества в штыки. Были попытки заставить закрасить рисунки. В конце концов все решило то, что командир полка принял это народное творчество без всякого возмущения, и скандал сам собой утих. К концу января 1989 года стало уже не до художественных упражнений полк готовился к возвращению домой.

В Домну прилетели лишь 25 марта 1989 года почти полтора месяца пришлось простоять на узбекском аэродроме Чирчик.

Вторая жизнь эмблем

После интенсивной боевой работы в Афгане на многих самолетах подошел к концу межремонтный ресурс и накопились всевозможные мелкие отказы и дефекты, на которые в боевой обстановке смотрели сквозь пальцы.

В итоге домнинские МиГи встали на плановый ремонт на авиазаводах в Бурятии, Подмосковье и Приморье. Во время ремонта самолеты разбирали буквально до винтика. Под конец ремонта освежался и камуфляж. При этом окраску, как водится, наносили новую. В процессе струи краскопультов задували прежние эмблемы и отметки. Однако на двух самолетах эмблема Жемчужина Забайкалья сохранилась.

Другие самолеты пришлось разрисовывать заново. Начали с отметок о вылетах звездочек на носу и бомб с ракетами по борту. Напоминание о боевой работе в Афганистане выглядело внушительно. На некоторых бортах было до 180 нарисованных бомб и ракет.

Два наиболее заслуженных МиГ-23 получили новые эмблемы. На самолете, в который попадала ракета, пришлось менять детали крыла и закрылок, под глазом у нахохлившегося грифа лиловел синяк, а крыло покоилось на перевязи.

Больше повезло орлу с самолета, участвовавшего в перехвате двух пакистанских вертолетов и удостоенного собственного имени Герой Шинданда (справа за кабиной). На нем красовался орел-победитель с патронташем через плечо, ракетой и трофеем в лапах.

Тогда же акульи пасти были восстановлены на шести самолетах.

Дебют и финал

Публичный дебют разукрашенных живописными рисунками истребителей из Домны состоялся в 1991 году в Чите в День авиации. Прилетевший для участия в празднике в аэропорт Кадала истребитель принес полный набор ракетного вооружения, недавно еще секретного. Побывавший на войне самолет с отметками о полутора сотнях боевых вылетов стал гвоздем праздника. В последующие годы зубастые самолеты участвовали и в других показах, а их снимки и рисунки стали появляться в отечественной и зарубежной печати.

МиГ-23 летали в Домнинском авиаполку до 1993 года, затем им на смену стали приходить самолеты МиГ-29. Старые машины ушли на базу хранения на станции Степь, а традиция рисовать на бортах самолетов продолжилась. Очень скоро акульи пасти, эмблемы с орлами и прочие придуманные еще в Афгане элементы оформления переместились на фюзеляжи двадцать девятых. Там они красовались почти 20 лет, пока Домна не перевооружилась на новейшие сушки. Эти самолеты решили не разукрашивать. А жаль. Красиво бы смотрелись.

Николай ХАРЬКОВ.

По материалам сайта Домны, ряда авиационных форумов и открытых источников.